Персональный сайт

Краткое содержание соня толстая. Л. Н. Толстой с внуками Соней и Илюшей

eaughto — Fri, 23 May 2014 20:38:06 GMT

Слайд 12 из презентации «Писатель Толстой Лев» к урокам литературы на тему «Толстой»

Размеры: 720 х 522 пикселей, формат: jpg. Чтобы бесплатно скачать слайд для использования на уроке литературы, щёлкните на изображении правой кнопкой мышки и нажмите «Сохранить изображение как...». Скачать всю презентацию «Писатель Толстой Лев.ppt» можно в zip-архиве размером 2115 КБ.

Скачать презентацию

Толстой

краткое содержание других презентаций о Толстом

«Алексей Николаевич Толстой» - Первые шаги в литературе. Снова в России. Историческая проза. Скончался 23 февраля 1945 года, в Москве. Граф, академик АН СССР (1939). Во время Отечественной войны. Алексей Николаевич Толстой. Действие неоконченной третьей книги измеряется месяцами. Опричники (Малюта Скуратов, Василий Грязной и др.) — воплощенное благородство.

«Л.Толстой уроки» - Сроки работы над проектом. Экскурсия в д. Смольнево. Методические задачи. Внеурочная работа: сбор материалов, анализ, оформление. Защита проектов. Пункты учебного плана и возраст учащихся. Дидактические цели. Проблемные вопросы. Урок №3. Основополагающий вопрос: Программно-техническое обеспечение. Экскурсия в деревню Смольнево.

«Творческий путь Толстого» - Жизненный и творческий путь л.Н. Толстого. 12. 6. Л. Н. Толстой и С. А. Толстая Ясная Поляна. 1903г., 28 августа. “На небосводе русской литературы - Пушкин!”. Урок литературы в 7 классе. К следующему уроку: 5.

«Л.Толстой» - Неугасимый свет Ясной Поляны. Полное собрание сочинений писателя насчитывает 90 томов. «Замужняя, очень короткая жизнь моей матери была счастливая и хорошая. 1828-2008. Мария Николаевна Волконская. Софья Андреевна Бернс. Лев Николаевич Толстой. Николай Ильич Толстой. Семейное древо Толстых. Сергей. Лев.

«Урок Л.Н.Толстой» - Полководец Суворов. Л.Н.Толстой. Тема урока: Полководец Кутузов. Начало литературной деятельности в Ясной Поляне. 1847г. Лев Николаевич Толстой. Счастливое детство Л.Н.Толстого. Детские воспоминания. Эпиграф: Автобиографическая трилогия. По русской литературе в 8 классе (урок – ролевая игра). План. «Детство», «Отрочество», «Юность».

«Лев Николаевич Толстой» - Граф Лев Николаевич Толстой – потомок двух знатных дворянских родов. Он работал для детей и с детьми. За десяток дней до кончины он навсегда покинул свой дом. Л. Н.Толстой всю свою жизнь посвятил литературе. В 67 лет он выучился кататься на велосипеде. Любил продолжительные прогулки, превосходно ездил верхом.

Всего в теме «Толстой» 24 презентации

Посмотреть все

Слайд 12: Л. Н. Толстой с внуками Соней и Илюшей | Презентация: Писатель Толстой Лев.ppt | Тема: Толстой | Урок: Литература

Источник: 900igr.net

Соня татья толстая. ЛЮБОВЬ И КРАСОТА В ПОНИМАНИИ ТАТЬЯНЫ ТОЛСТОЙ (ПО РАССКАЗАМ «СОНЯ» И «САМАЯ ЛЮБИМАЯ»)

eaughto — Thu, 22 May 2014 00:04:26 GMT

ЛЮБОВЬ И КРАСОТА В ПОНИМАНИИ ТАТЬЯНЫ ТОЛСТОЙ (ПО РАССКАЗАМ «СОНЯ» И «САМАЯ ЛЮБИМАЯ»)

Акчулпанова Айсылу

класс 11 «Г», МБОУ БГИ № 2 им. А. Валиди, г. Ишимбай Республика Башкортостан, Россия

Исхакова Гульназ Фарисовна

научный руководитель, педагог первой категории, преподаватель русского языка и литературы, МБОУ Башкирская гимназия-интернат № 2 имени Ахметзаки Валиди, г. Ишимбай, Республика Башкортостан

Тема моей научно-исследовательской работы «Любовь и красота в понимании Татьяны Толстой (по рассказам «Соня» и «Самая любимая»). Во второй половине XX века в России было написано много произведений о любви и красоте. «Просто время такое было», — можем подумать мы. Любовь и красота — «вечные» темы, волновавшие людей и по сей день. Это и побудило меня к исследованию темы. На вопрос «что есть любовь и красота?» нельзя ответить однозначно: каждый понимает по-своему. Точек зрения множество, их разнообразие можно проследить на примере произведений Татьяны Толстой.

Гипотеза исследования. При изучении произведений русской литературы о любви и красоте я серьёзно задумалась над этими понятиями. В преддверии окончания школы и начала нового этапа в моей жизни меня всё больше волнуют эти вечные проблемы. Думаю, что в наше время особенно актуальны эти темы, так как, к сожалению, утрачиваются многие моральные ценности.

Цель моей исследовательской работы — изучение и осмысление вечных тем — любви и красоты в рассказах Татьяны Толстой «Соня» и «Самая любимая».

Поставила перед собой такие задачи:

· прочитать рассказы «Соня» и «Самая любимая» Т. Толстой;

· проанализировать рассказы Т. Толстой и сопоставить главных героев;

· провести беседу с учителями, родителями и сверстниками;

Тема любви и красоты — вечная тема русской литературы, но понимались эти категории разными писателями по-разному.

Как бы ни относились к любви русские классики 19 века, она оставалась великим чувством, определяющим человеческую жизнь, судьбу. Конец 20 — начало 21 века — век катастроф. Изменил ли он отношение к «вечной теме»?

Татьяна Толстая — наследница русской классической традиции. Меня особенно заинтересовали рассказы «Соня» и «Самая любимая». Эти рассказы о любви. В центре событий женщины, жизнь которых не сложилась, но которые были по-своему счастливы.

Что же общего есть в этих рассказах, что их объединяет?

Героини близки по судьбе, по духу; люди относятся к ним одинаково, используя их доброту и относясь к ним как к существам «не от мира сего». Обе героини не молоды, но автор называет их по имени, причем здесь звучит какая-то детскость. Особенно остро это чувствуешь, когда читаешь про Женечку и понимаешь, что героиня годится в бабушки рассказчице.

Я обратилась к значению имен. В переводе с греческого имя «Софья» обозначает «мудрость», а «Евгения» — «благородная». Случайно ли героини носят такие имена, что они обе так и не повзрослели до полных имен с отчествами? Чтобы ответить на эти вопросы, я сравнивала героинь. Соня и Женечка имеют много общего во внешнем облике и душевных качествах. Обе они некрасивы. Толстая пишет, что у Сони «голова как у лошади», а Женечка прихрамывала на одну ногу, пользовалась слуховым аппаратом.

Соня и Женечка были наивными. Первая не понимала чужих издевательств, вторая была исполнена желания помогать всем и поэтому вставала рано, причем не потому, что любила утро, а потому что считала, что «с утра принесет больше пользы». Всё это было лишь проявлением чистоты, красоты души. Обеих героинь объединяет общее качество: Соня и Женя любили детей. С детьми они чувствуют себя лучше, чем со взрослыми.

Соня была чуткой, «романтичной и по-своему возвышенной». Образ героини сливается с деталью — брошью с голубками. Брошь была безвкусной, но Соня всегда носила ее. Образ голубя символичен. О влюбленных говорят, что они воркуют, словно два голубка. Таким образом, можно сказать, что эта деталь — брошь с голубками — в рассказе символизирует любовь и красоту. Женечка-часть сада, который она вырастила. Образ Сони ассоциируется с голубками, для Женечки «говорящая» деталь — цветы. У меня рождаются светлые ассоциации: красота, любовь. Любительница цветов Женечка хотела жить вечно, и, глядя на нее, все верили в бессмертие. Символы, связанные с образами Сони и Женечки, переживают самих героинь.

Соня спасает жизнь Аде во время блокады, а сама погибает. Брошь остается единственной памятью о ней. Толстая пишет, что Ада не могла сжечь брошь, «ведь голубков огонь не берет». Голубки прошли трудное испытание, но сохранились. Значит, и любовь, душевная красота, остаются неизменными, несмотря ни не что. Женечка, как учительница русского языка и литературы, воспитала многих детей, вложила в них свою душу. Она останется в их памяти на всю жизнь. Красивый сад и после ее смерти будет приносить людям радость: ее бывшие ученицы приезжают сюда, чтобы встретиться со светлыми образами детства. Женечка бессмертна: ее душевная красота растворились в этом мире — в саду, в сердцах людей. Любовь заставляла Соню и Женечку творить добро, их дела пережили их самих. Они наивны, как дети, беспомощны, но без таких людей, наверное, жизнь бы остановилась.

Действительно, любовь и красота всегда будут являться «двигателем» мира. Я ещё раз убедилась в этом после беседы с учителями и воспитателями нашей школы, родителями и сверстниками.

Самат Сабитович — учитель математики, отличник образования РБ.

Любовь — понятие обширное. Любовь к семье, к детям, к Родине. Все делается ради любви. Любовь — это двигатель. Мне уже 60 лет, до сих пор продолжаю что-то открывать для себя, потому что жизнь — это любовь, красота.

Вахитова Файма Галимьяновна — старший воспитатель.

Любовь — это взаимопонимание, взаимоуважение. Любовь — это дети. Красота-чистота, доброта, умение оставаться Человеком с большой буквы.

Агишева Диана — обучающаяся 11 Г класса, пишет стихи. На вопрос « Что такое любовь?» ответила своими стихами:

Что такое любовь?

Она алая, как кровь,

Которая бежит к месту.

Где бьется твое сердце.

Мне очень понравились рассказы Татьяны Толстой. Проза писательницы, бесспорно, талантлива. После всего прочитанного и исследованного я пришла к выводу, Татьяна Толстая не сказала ничего нового о любви и красоте. Она просто еще раз доказала, что «красота и любовь спасут мир».

Заключение

Вспомнив классические произведения о любви и красоте, прочитав рассказы «Соня» и «Самая любимая» Толстой, побеседовав с учителями и сверстниками, можно сделать следующие выводы: во-первых, в рассказах Толстой поднимаются актуальные проблемы. Во-вторых, доказали, что проза писательницы, бесспорно, талантлива. Авторская речь близка к устной, разговорной, с жаргонизмами, нелогичностью. В-третьих, нам, молодому поколению, нужно обращаться к произведениям, которые воспитывают в нас нравственные ценности. Мне очень понравились рассказы Татьяны Толстой.

Я ставлю перед собой цель продолжить исследовательскую работу по данной теме на примере романа «Тихий Дон» М. Шолохова.

Считаю, что каждый должен уметь видеть внутреннюю красоту человека, по-настоящему любить людей. Мне, как будущему специалисту по социологии, думаю, необходимы эти качества. Мой долг: готовить себя быть хорошим и милосердным человеком, Человеком с большой буквы, способного на добрые дела, достойным гражданином своей Республики Башкортостан и России.

Перспективный план:

· анализировать страницы о любви и красоте в романе «Тихий Дон» М. Шолохова

· воспитывать в себе чувство красоты, любви, сострадания.

Список литературы:

Библиографический словарь. М.: Знание, 1980 — 448 с.
Лексикон. Иллюстрированный энциклопедический словарь. М.: ТЕРРА, 1998 — 667 с.
Маранцман В.Г. Литература. М.: 2008 — 324 с.
Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. М.: 1971 — 900 с.
Шолохов М.А. Избранные сочинения. М.: Литература, 1979 — 814 с.
Электронный ресурс — Режим доступа. — URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D2%EE%EB%F1%F2%E0%FF,_%D2%E0%F2%FC%FF%ED%E0_%CD%E8%EA%E8%F2%E8%F7%ED%E0

Источник: sibac.info

Татьяна толстая соня год написания. Татьяна Толстая в Самаре: памятник Буратино снести, книги не нужны

eaughto — Fri, 16 May 2014 04:57:27 GMT

ПРАВИЛА КОММЕНТИРОВАНИЯ МАТЕРИАЛОВ

Факт регистрации пользователя в сервисе РИА Клуб на сайтах РИА Новости и авторизации на сайтах группы компаний «РИА Новости» при помощи аккаунта или аккаунтов пользователя в социальных сетях обозначает согласие с данными правилами.

Пользователь обязуется своими действиями не нарушать действующее законодательство Российской Федерации.

Пользователь обязуется высказываться уважительно по отношению к другим участникам дискуссии, читателям и лицам, фигурирующим в материалах.

На сайтах группы компаний «РИА Новости» может осуществляться редактирование комментариев, в том числе и предварительное. Это означает, что модератор проверяет соответствие комментариев данным правилам после того, как комментарий был опубликован автором и стал доступен другим пользователям, а также до того, как комментарий стал доступен другим пользователям.

не соответствует тематике страницы;
пропагандирует ненависть, дискриминацию по расовому, этническому, половому, религиозному, социальному признакам, ущемляет права меньшинств;
нарушает права несовершеннолетних, причиняет им вред в любой форме;
содержит идеи экстремистского и террористического характера, призывает к насильственному изменению конституционного строя Российской Федерации;
содержит оскорбления, угрозы в адрес других пользователей, конкретных лиц или организаций, порочит честь и достоинство или подрывает их деловую репутацию;
содержит оскорбления или сообщения, выражающие неуважение в адрес РИА Новости или его сотрудников;
нарушает неприкосновенность частной жизни, распространяет персональные данные третьих лиц без их согласия, раскрывает тайну переписки;
содержит ссылки на сцены насилия, жестокого обращения с животными;
содержит информацию о способах суицида, подстрекает к самоубийству;
преследует коммерческие цели, содержит ненадлежащую рекламу, незаконную политическую рекламу или ссылки на другие сетевые ресурсы, содержащие такую информацию;
имеет непристойное содержание, содержит нецензурную лексику и её производные, а также намёки на употребление лексических единиц, подпадающих под это определение;
содержит спам, рекламирует распространение спама, сервисы массовой рассылки сообщений и ресурсы для заработка в интернете;
рекламирует употребление наркотических/психотропных препаратов, содержит информацию об их изготовлении и употреблении;
содержит ссылки на вирусы и вредоносное программное обеспечение;
является частью акции, при которой поступает большое количество комментариев с идентичным или схожим содержанием («флешмоб»);
автор злоупотребляет написанием большого количества малосодержательных сообщений, или смысл текста трудно либо невозможно уловить («флуд»);
автор нарушает сетевой этикет, проявляя формы агрессивного, издевательского и оскорбительного поведения («троллинг»);
автор проявляет неуважение к русскому языку, текст написан по-русски с использованием латиницы, целиком или преимущественно набран заглавными буквами или не разбит на предложения.

Администрация имеет право без предупреждения заблокировать пользователю доступ к странице в случае систематического нарушения или однократного грубого нарушения участником правил комментирования.

Пользователь может инициировать восстановление своего доступа, написав письмо на адрес электронной почты moderator@rian.ru

В письме должны быть указаны:

Тема – восстановление доступа
Логин пользователя
Объяснения причин действий, которые были нарушением вышеперечисленных правил и повлекли за собой блокировку.

Если модераторы сочтут возможным восстановление доступа, то это будет сделано.

В случае повторного нарушения правил и повторной блокировки доступ пользователю не может быть восстановлен, блокировка в таком случае является полной.

Чтобы связаться с командой модераторов, используйте адрес электронной почты moderator@rian.ru или Skype: moderatorria.

Источник: ria.ru

Соня татья толстая. Программа

eaughto — Fri, 16 May 2014 00:22:18 GMT

$CUT$

Режиссер – Алвис Херманис
Художница – Кристине Юрьяне

В ролях:
Гундарс Аболиньш, Евгений Исаев.

Продолжительность спектакля - 1 час 40 мин.

Премьера состоялась 11 апреля 2006 г.

«Соня» по рассказу Татьяны Толстой – один из самых популярных спектаклей мира. Был показан в Москве в апреле 2007 года в рамках специальной программы фестиваля «Золотая Маска». За 4 года объехал с гастролями более 20 стран мира, стал участником множества фестивалей, среди которых Фестиваль "Евро-сцена" в Лейпциге (Германия), фестиваль «Transameriques» в Монреале (Канада), «Осенний фестиваль» в Мадриде (Испания), Международный театральный фестиваль "La Viedei Festival" в Риме (Италия).

Спектакль идет на русском языке, поскольку на русском написан рассказ Татьяны Толстой. Херманис не стал его переводить на латышский, чтобы не лишаться изящных подробностей и томной манерности авторской речи. Для режиссера очень важна неразрывная связь между языком и атмосферой спектакля.
В Соне все нескладно: она полновата, несимпатична, одинока. Но даже у этой нелепой героини есть свои таланты: она отлично готовит, прекрасно шьет и великолепно умеет выводить людей из себя.

Соня сочетает в себе некрасивую внешность и очень чувствительную натуру. Алвис Херманис поручил эту роль актеру Гундарсу Аболиньшу: «Превратиться в женщину не являлось самоцелью. Это больше вопрос понимания женщины. Мы не пытались сыграть женщину, мы старались создать женский образ, характер и рассказать о ее душе. А душа вряд ли может иметь пол».

Алвис Херманис — главный режиссер и художественный руководитель Нового Рижского театра. Лауреат высшей театральной награды Европы, премии «Новая театральная реальность», российской национальной театральной премии «Золотая маска» и Премии Станиславского. Вот уже почти пятнадцать лет Херманис руководит Новым Рижским театром, ставит спектакли в Европе.

Херманис — фигура для российского зрителя хорошо знакомая и любимая. Его спектакли неизменно вызывают профессиональный и зрительский интерес, проходят при полных аншлагах. «Поезд-призрак», «Ревизор», «Лед» и «Долгая жизнь» – участники Фестиваля NET, «Соня» – гость фестиваля «Золотая Маска». В 2007 году Алвис Херманис получил престижную европейскую премию Europaperil Teatro («Европа – театру») в категории «Новая Театральная Реальность» – главную для молодой театральной режиссуры Европы.

Новый Рижский Театр — один из самых ярких коллективов Европы – возник в 1997 году. Его художественным руководителем стал Алвис Херманис. В труппу театра вошли 17 ярких и талантливых молодых актеров Латвии. В 2004-м к ним присоединились еще несколько артистов. Новый Рижский Театр является государственным и репертуарным, но в то же время поддерживает дух театральной студии, последовательно придерживаясь ценностей некоммерческого искусства.

Театр гастролирует по всему миру - от Южной Африки до Кореи. За последние 10 лет коллектив побывал в России, Польше, Литве, Эстонии, Словении, Финляндии, Германии, Австрии, США, Канаде, Франции, Бельгии, Нидерландах и Италии. В 2006 году Новый Рижский театр стал лауреатом премии «Золотая Маска» за лучший зарубежный спектакль сезона- 2006 («Долгая жизнь»).

Источник: platonovfest.com

Соня толстая. Www.esenin.ru

eaughto — Wed, 14 May 2014 06:11:14 GMT

$CUT$

Вот еще ее первая любовь, Николай Леонидович Оболенский, здесь со своей женой, тетой Сони, Марией Львовной Толстой (1871 - 1906):

Николай Леонидович Оболенский:
рождение: Москва 28 ноябрь 1872
титул: князь
1897 брак: # Мария Львовна Толстая (Оболенская) р. 1871 ум. 1906
1909 брак: # Наталья Михайловна Сухотина (Оболенская) р. 16 январь 1882 ум. 11 ноябрь 1925

(Наталья Михайловна Сухотина была сестрой Сергея Михайловича Сухотина, за которого вышла Соня замуж в 1921 году.)

1909 рождение ребёнка: Пирогово, Сергей Николаевич Оболенский [Оболенские] р. 1909 ум. 1992
1911 рождение ребёнка: Мария Николаевна Оболенская [Оболенские] р. 1911 ум. 1925
1915 рождение ребёнка: Дмитрий Николаевич Оболенский [Оболенские] р. 1915 ум. 1984
1916 рождение ребёнка: Пирогово, Елена Николаевна Оболенская (van Outryve d'Ydewalle) [Оболенские] р. 1916 ум. 1996
12 февраль 1934 смерть: близ Брюгге, Бельгия
Заметки

Окончил юридический факультет Московского университета. С 1917 по 1922 г. управлял, первоначально по просьбе графини С.А. Толстой, имением (а затем совхозом) "Ясная Поляна". После неоднократных арестов выехал в 1925 г. во Францию, принял католичество и 1928 г. работал библиотекарем в аббатстве Св. Андрея в Бельгии, где и скончался

Источник: esenin.ru

Татьяна толстая соня нравственность. О рассказе Татьяны Толстой Самая любимая

eaughto — Thu, 08 May 2014 16:13:01 GMT

Рассказ Т. Толстой «Самая любимая»
в контексте русской культуры

В определенном смысле можно представить себе КУЛЬТУРУ как структуру, которая погружена во внешний для нее мир, втягивает этот мир в себя и выбрасывает его переработанным (организованным) согласно структуре своего языка.
Ю. Лотман. «Семиосфера».
В жизни общества, и прежде всего в духовной сфере, все подвержено взаимовлиянию, взаимопроникновению, что, в конечном счете, на основе культурных традиций рождает новое качество в контексте иного времени. Другими словами, любое произведение, а особенно словесное, дитя и своего времени, и культурного наследия. Пространство текста «предстает перед нами как многослойное пересечение различных текстов».1
Ю.М. Лотман дает яркое определение: «ТЕКСТ – не только генератор смыслов, но и конденсатор культурной памяти».2
На наш взгляд, ни одно произведение современной литературы нельзя трактовать, не учитывая вышеназванных положений. Особенно они близки эстетике модернизма. Именно с таких позиций оценивается модернизм в литературоведении: «Модернизм – условное обозначение эстетических стремлений художников реалистического направления к обновлению той или иной художественной системы».3
С другой стороны, «модернизм как художественно-эстетическая система обнаруживает стремление к трагически-болезненной эстетизации (…) Мир предстает жестоким и абсурдным, человек – одиноким и обреченным, обстоятельства враждебными (…) Художник замкнут в пространстве своих фантазий, воспоминаний, субъективных ассоциаций».4
Следовательно, философия автора-модерниста неизбежно должна искать выход из тупика, который символически обозначил еще А.С. Пушкин в выбивавшейся из поэтического ритма фразе «… Куда нам плыть?» («Осень», 1833 г.).
ПРЕДМЕТОМ нашего исследования, исходя из названного противоречия модернистской литературы, мы определили мотив праведной жизни в рассказе Т. Толстой «Самая любимая», рассмотренный в контексте русской духовной культуры.
ОБЪЕКТ исследования: текст рассказа.
ЦЕЛЬ исследования: определить роль мотива праведной жизни в идейно-художественном содержании произведения.
МЕТОД исследования: сравнительно-сопоставительный филологический анализ художественного текста.
ПРОБЛЕМА: действительно ли художественная форма, предложенная эстетикой модернизма, является средством отражения системы нравственных ценностей, связанных с культурой как способом духовного спасения в современном мире?
ГИПОТЕЗА: традиционный для русской культуры мотив праведной жизни, воплощенный средствами модернизма в рассказе Т. Толстой «Самая любимая», отражает систему духовных ценностей, связанных с культурой как формой нравственного спасения в современном мире.

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ предполагает единство различных подходов к тексту произведения: литературоведческого, лингвистического, культурологического, философского. Не исключается и внимательный взгляд на личность автора через призму содержания произведения.
ТАТЬЯНА НИКИТИЧНА ТОЛСТАЯ родилась в городе Ленинграде. Окончила классическое отделение филологического факультета Ленинградского государственного университета. С 1983 г. начала публиковать свои рассказы в журналах «Аврора», «Новый мир». Преподавала литературу и художественное письмо в колледже США. Сборники ее рассказов вышли в 1987, 1998, 1999 гг. Сборник «НОЧЬ», где опубликован рассказ «Самая любимая», издан в 2001 г. Т. Толстая – автор романа «Кысь», вызвавшего интерес читателей.
Попробуем отразить некоторые взгляды писателя через фрагменты интервью, которое было опубликовано в газете «Известия»:5
«Воспитание – это когда не давят»;
«… желания всех растолкать, пересидеть, вырваться вперед у меня нет»;
«Литература – это разговор с ангелами. Когда ты разговариваешь сам с собой, то говоришь с ангелами, внутренние голоса к ним имеют прямое отношение».
В современной русской литературе Т. Толстая известна прежде всего как мастер короткого жанра – рассказа. Читаем отзыв критика Аллы Латыниной: «… мне нравились (и я писала об этом) ее рассказы, безжалостные, тонкие, точные, острый взгляд, способный увидеть неприметную деталь, которую никогда не разглядели бы другие, виртуозное плетение словесных узоров…»6
Философия творчества Т. Толстой как представителя модернистского течения проанализирована критиками Вайлем П. и Генисом А.,7 а также Курицыным В.8
Вайль П., Генис А.:
«… автор – человек, который отказывается вырасти, именно поэтому его главный враг - неостановимый бег времени».
«… ее рассказы жестоки, даже безжалостны к тем, кто не желает подчиниться сказочным порядкам. Нет, Толстая отнюдь не добрый волшебник, и сказки у нее с плохим концом. Мир страшен сам по себе. Жизнь изначально трагична уже потому, что подчинена Хроносу».
«Однако Толстая и не принимает такую жизнь. Наперекор ей она создает свой мир – прирученный, уютный, бессмертный».
«Маленькие вырастают, старые умирают, и только автор, как больной ребенок, от тоски и одиночества переселившийся в иллюзорный городок в табакерке, остается наедине с никому не нужными, всеми забытыми вечными вещами – выцветшими фотографиями, заезженными пластинками, пожелтевшими письмами...».
«В ее рассказах помещаются только маленькие люди - не Башмачкины, а Стойкие Оловянные Солдатики, только про них она знает всю подноготную, только их умеет любить и жалеть».
Курицын В.:
«В полном соответствии с ценностями поколения, выросшего на книгах, Татьяна Толстая спасается не средствами действительности, а средствами культуры».

Итак, «свой мир», созданный воображением Т. Толстой, и есть тот самый спасательный круг, о котором мечтает каждый человек, живущий в абсурдном мире. В современной литературе переосмысливается то, что в ХIХ веке называлось «романтической иронией», то есть разрешением противоречий реальной жизни с помощью поэтической фантазии в произведениях авторов-романтиков.
Модернисту интересно все, что было создано в культуре до него. Не случайно с первых строк рассказа «Самая любимая» в текст вводятся образы-аллюзии (аллюзия - от французского
сл. «намек»), адресующие к романтизму, сентиментализму – литературе, где слово «душа» считалось ключевым.
«По ночам Ленинград продувает весна. Ветер речной, ветер садовый, ветер каменный...»
«А ранним летом город начинает томить душу. Стоишь вечером у окна над пустеющей улицей и смотришь, как тихо, исподволь зажигаются дуговые фонари...»9
Что только не напомнил читателю этот пейзаж…
Когда я в комнате моей
Пишу, читаю без лампады,
И ясны спящие громады
Пустынных улиц, и светла
Адмиралтейская игла.
(А.С. Пушкин, «Медный всадник», 1833)

То не было ни ночь, ни день...
То было тьма без темноты;
То было бездна пустоты.
Без притяженья и границ
То были образы без лиц...
(Д.Г. Байрон, «Шильонский узник», перевод В.А. Жуковского, 1822)
И еще:
«Была чужая ночь, такая ночь, которая разве только и может быть тогда, когда мы молоды, любезный читатель. Небо было такое звездное, такое светлое небо, что, взглянув на него, невольно нужно было спросить себя: неужели же могут жить под таким небом разные сердитые и капризные люди?»
И это уже Ф.М. Достоевский - «Белые ночи» (1848г.), одно из самых «петербургских» произведений великого реалиста, который в ««Белых ночах» проявил себя как автор-сентименталист.
Пейзаж, открывающий рассказ «Самая любимая», - смутное воспоминание, отзвук русской классической литературы, то есть то, что в искусстве называется реминисценцией.
Повествование постепенно сужается: Петербург (Ленинград) - образ-воспоминание о детстве и старой даче - Женечкина бессмертная душа. Образ Женечки, главной героини рассказа, вводится одновременно с мотивом воспоминаний о детстве - «гербарием минувших дней»: «Память вынимает, любуясь, все один и тот же листок...»
Запоминается первый дачный день - воплощение идиллии детства. Мы понимаем, что и в этом произведении Т. Толстой детство должно быть изображено как мир невозвратимо-прекрасный, невинный и одновременно эгоистичный. Детство подчас слепо, иначе невозможно было бы не заметить Женечкиного удивительного дара: «… среди изобилия даров, называемого жизнью, Женечкин дар, скромный и маленький, легко мог затеряться, а может быть, ей нечего было предложить, кроме себя самой, кроме ровного сияния любви и покоя, исходившего из ее гладкой и ясной души».
Именно проблема «наличия души» в человеке прежде всего волнует автора. «Что есть душа?» - спрашивает автор и себя, и читателей, Один из первых рассказов Толстой – «Соня». В нем повествуется о «дурочке», которую разыгрывали много лет: писали ей послания от несуществующего «Николая», а она… отвечала. Позже, в блокадном Ленинграде, Соня спасает от голодной смерти человека, наиболее жестокого из тех, кто издевался над ней. Спасает ценой собственной жизни.
Таких, как Соня, в народе называли «юродивыми», «блаженными», но их же потом нарекали святыми, праведниками.
«Природная неспособность попенять на судьбу, на людей, на время, незлобивость и доступность людям – все это составляет характер праведника»10
Женечка и Соня… Образ одной отражается в другой. Итак, опять ассоциация, адресующая на этот раз к собственному творчеству. И все же Женечка, несмотря на сходство с прежней героиней Толстой, - иная. Автор делает Женечку частью своей любимой области – стихии языка, слова; она не чужая в этом мире, потому что учит родному языку других. Причем своей деятельностью настолько заражена, что буквально каждого ребенка тянет к учебнику, диктантам, упражнениям. В решении проблемы «всеобщей грамотности» наивная, нередко чудаковатая, нестареющая Женечка видит собственное предназначение на Земле: «Что ж, значит, опять занятия, упражнения и диктовки, опять Женечка, сидя в скрипучем плетеном кресле, положив больную ногу на посох, начнет размеренным голосом, не торопясь, выращивать из нас образованных людей…»
Назначение таких, как Женечка, - «жалеть, любить, баюкать, ухаживать, журчать сказками о темных лесах, о коте и волке, о сиротском житии семерых козлят…»
Рассказ Т. Толстой настраивает и на философские ассоциации, например – бердяевскую мысль о природе русской национальной духовности: «В типичной русской душе есть много простоты, прямоты, бесхитринности, ей чужда всякая аффектация, всякий взвинченный пафос, всякий аристократический гонор, всякий жест».11
Нам вспоминается и житийный жанр древнерусской литературы: «Житие Петра и Февронии», «Житие Сергия Радонежского»…
«Вместе с тем ее (Февронии) мудрость - не только свойство ее ума, но и в такой же мере – ее чувства и воли, Между ее чувством, умом и волей нет конфликта: отсюда необыкновенная «тишина» ее образа».12
Если же использовать лингвистические «ключи», то неизбежна апелляция к словам «дух», «душа». Одно из исходных значений: «дух» - слово (символ творящего божества - англ., др.-англ., литовск., др. – русск.). Другое значение: «дух» - судьба (др.-англ., латышск., греч., нем.).13
Женечкина бессмертная «ясная душа», воплощенная в слове и судьбе праведной, взращенная русским национальным духовным чувством, перекликающаяся с житийной ветвью древнерусской литературы и классической русской литературой, прежде всего ее сентименталистским и романтическим направлениями, - вот через какие пласты проходит «культурная память» современного автора и читателя, какие «многослойные пересечения» создают новые значения вечных образов в контексте нашего времени.
Но что же особенное, по сравнение с предшественниками, вносит в русскую культуру Татьяна Толстая?
Читая рассказ, мы все яснее ощущаем трагическую сущность образа Женечки. Не понятая, отнюдь не оцененная, она, «святая душа», и не замечает того, что не нужна никому, что скромные ее дары откладываются в сторону, а позже попросту выбрасываются, что длинные ее монологи о чудесном прошлом пропускается мимо ушей:
«Послушав ее медленный голос минуту или две, я мягко клала трубку на телефонный столик и мчалась прочь…»
«Уютно лежал на скатерти голос Женечки, неторопливо повествуя телефонному справочнику, пепельнице, яблочному огрызку о своих радостях и волнениях».
Символом вероятного, такого близкого Женечкиного счастья становится длинный голубой конверт, прилетевший из Хельсинки от внезапно отыскавшихся родственников-эмигрантов. И Женечка рванулась к этой возможности взаимной любви: «И новая любовь, которой никогда не поздно прийти, шумела, бушевала и захлестывала ее с головой».
«И мы поверили, что Женечка бессмертна, что молодость возвращается, что не погаснет однажды зажженная свеча…»
Но в точно таком же конверте примчится и известие: не нужно больше утруждать себя поездками. «И писать больше не надо…»

Подведен итог повествованию о Женечке. Вспомним, что подобный финал не раз использовался в литературе: «Я долго перечитывал это письмо; слезы просились из глаз моих. Наконец оно выпало у меня из рук, и я закрыл лицо».
(Ф.М. Достоевский. «Белые ночи»)
Роман Достоевского «Белые ночи» завершается мыслью о том, что «минута блаженства» - немалый дар на «всю жизнь человеческую». Иную тональность имеет завершение произведения
Т. Толстой: «И судьба, черным ветром вылетавшая в распахнутую форточку, обернулась и крикнула: «Пожелай быть самой любимой!» - высунула язык и оглушительно захохотала, задувая хохотом свечу».
«Распахнутая форточка», символ смерти, и дьявольский хохот судьбы - уже не от сентиментализма. Здесь слышны гоголевские интонации, воплощающие мотив не гармоничной праведной жизни, а абсурдно-несправедливого земного бытия.
«Исчезло и скрылось существо, никем не защищенное, никому не дорогое, ни для кого не интересное…»
(Н.В. Гоголь, «Шинель», 1842 г.)
Рассказ «Самая любимая» завершается на такой ноте, что повествования уже и не должно больше быть. Возможно лишь возвращение к петербургскому пейзажу - «вечному белому вечеру», в котором растворено «легкое дыхание» Женечкиной любви к миру. Женечка же «самой любимой» так и не стала…

На наш взгляд, автор ставит проблему случайности человеческого счастья. Ключевую фразу рассказа «добродетель, что бы мы о ней ни думали, все-таки когда-нибудь да вознаграждается» скорее всего следует воспринимать с вопросительным знаком. Несомненно, произведение Толстой, напротив, говорит о том, что добродетель не вознаграждается, но, между тем, трагическая жизнь редко проходит незамеченной, как не канет бесследно в Лету и Женечкина Судьба. И в этом тоже есть фатальная предопределенность, дарующая душе возможность катарсиса («очищение» - др.-греч.), всегда оберегавшего человека от неверия. Так же выводит нас к «свету» и то, что называется Словом, Искусством, спасительной Культурой.

ОБОБЩЕНИЕ
Итак, вернемся к определенной в нашем исследовании литературоведческой проблеме:
действительно ли художественная форма, предложенная эстетикой модернизма, является средством отражения нравственных ценностей, связанных о культурой как способом духовного спасения в современном мире?
Нами отмечено, что рассказ имеет трагическую тональность, что в нем ставится характерная для пессимистической модернистской позиции проблема не востребованной в современном мире добродетели. Художественно в произведении воплощается «двойное зрение» повествователя: взгляд в детство из самого детства и из более позднего времени, уже иного сознания рассказчика. Вторая позиция более трагична, так как отражает глубокий духовный опыт, сформированное «духовное зрение», результатом которого становится прозрение человека.
Критиками (Вайль П., Генис А.) отмечалось, что Толстая – один из тех авторов, которые «отказываются вырасти», потому что мир детства привлекает их своей способностью максимально приближаться к истине. Возвращение в этот мир, к Женечкиной судьбе, (но уже через приобретенный духовный опыт) способствует новому пониманию смысла бытия. Историю Женечки рассказывает человек, душа которого - «конденсатор культурной памяти».
Мудрость, рождающая печаль, - это то, что дарит нам культура, наделяя «духовной жаждой» и способствуя внутреннему развитию, которое осуществляется посредством неизбежной болезненной рефлексии.
Таким образом, несмотря на традиционное для модернизма пессимистическое звучание, рассказ Татьяны Толстой «Самая любимая» через культурно-художественные ассоциации отражает систему позитивных нравственных ценностей необходимую для читателя, живущего в дисгармоничном мире.
Действительно, «литература – разговор с ангелами», где совершенствуется внутренний голос.
В этом разговоре мы часто не решаем поставленных проблем, но что из того: важно внимание к ним. А всякой прямой диагностики лучшие произведения современной литературы избегают…

БИБЛИОГРАФИЯ
Бердяев П.А. Судьба России. Опыты по психологии войны и национальности. М.:
Мысль, 1990.
Вайль П., Генис А. Городок в табакерке. Звезда. 1999. - № 8 – с. 147-150.
Кабанова О. Татьяна Толстая: Литература – это разговор с ангелами. Известия,
2000, 14 января – с. 10.
Курицын В. Четверо из поколения дворников и сторожей. Урал, 1990, № 5, с. 170-182.
Латынина А. «А вот вам ваш духовный ренессанс». Литературная газета, 2000,
№ 47, с. 10.
Лихачев Д.С. Великое наследие Классические произведения литературы Древней Руси. М.: Современник, 1975, с. 256-257.
Лотман Ю.М. Семиосфера., СПб.: Искусство СПб., 2000.
Маковский М.М. Сравнительный словарь мифологической символики в индоевропейских языках. М.: ВЛАДОС, 1996, с. 142-143.
Толстая Т. Ночь. М.: Подкова, 2001, с. 196-234.
Юдина С. В потемках бытия: о рассказе Т. Толстой «Соня». Литература, 2000, № 48, с. 4.

СПИСОК СНОСОК

Лотман Ю.М., «Семиосфера» — СПб.: Искусство СПб, 2000, с. 30.
Лотман Ю.М., «Семиосфера» — СПб.: Искусство СПб, 2000, с. 162.
Словарь литературоведческих терминов. — М.: Просвещение, 1974, с. 223.
«Эстетика» (словарь). — М.: Политиздат, 1989, с. 211.
«Известия», 2000.14.01, с. 10
Латынина А. «А вот вам ваш духовный ренессанс». Литературная газета., 2000, №47 - с. 10.
Вайль П., Генис А. «Городок в табакерке». Звезда, 1990. — № 8 — с. 147-150.
Курицын В. «Четверо из поколения дворников и сторожей». Урал, 1990, - № 5. - с. 170-132.
Здесь и далее текст цитируется по изданию: Толстая Т. Ночь. – М.: Подкова, 2001,
с. 159-190
Юдина С. В потемках бытия: о рассказе Т. Толстой «Соня». Литература. - 2000, №48. – с. 4.
Бердяев Н., Судьба России. – Опыты по психологии войны и национальности. – М.: Мысль, 1990, с. 141
Лихачев Д. Великое наследие. – Классические произведения литературы Древней Руси. – М.: Современник, 1975, с. 256
Маковский М.М., Сравнительный словарь мифологической символики в индоевропейских языках. – М.: ВЛАДОС, 1996, с. 142-143.

Источник: www.proza.ru

Толстая соня коментарии. Соня. Автор Татьяна Толстая.

eaughto — Wed, 07 May 2014 23:39:48 GMT

Соня. Автор Татьяна Толстая.

Пятница, 14 Марта 2008 г. 23:11 + в цитатник

Жил человек — и нет его. Только имя осталось — Соня. "Помните, Соня
говорила…" "Платье похожее, как у Сони…" "Сморкаешься, сморкаешься без
конца, как Соня…" Потом умерли и те, кто так говорил, в голове остался
только след голоса, бестелесного, как бы исходящего из черной пасти
телефонной трубки. Или вдруг раскроется, словно в воздухе, светлой

фотографией солнечная комната — смех вокруг накрытого стола, и будто

гиацинты в стеклянной вазочке на скатерти, тоже изогнувшиеся в кудрявых
розовых улыбках. Смотри скорей, пока не погасло! Кто это тут? Есть ли среди
них тот, кто тебе нужен? Но светлая комната дрожит и меркнет, и уже
просвечивают марлей спины сидящих, и со страшной скоростью, распадаясь,
уносится вдаль их смех — догони-ка. Нет, постойте, дайте нас; рассмотреть!
Сидите, как сидели, и назовитесь по порядку! Но напрасны попытки ухватить
воспоминания грубыми телесными руками, веселая смеющаяся фигура
оборачивается большой , грубо раскрашенной тряпичной куклой, валится со
стула, если не подоткнешь ее сбоку; на бессмысленном лбу потеки клея от
мочального парика, н голубые стеклянные глазки соединены внутри пустого
черепа железной дужкой со свинцовым шариком противовеса. Вот чертова
перечница!
А ведь притворялась живой и любимой! А смеющаяся компания порхнула
прочь и, поправ тугие законы пространства и времени, щебечет себе вновь в
каком-то недоступном закоулке мира, вовеки нетленная, нарядно бессмертная,
и, может быть, покажется вновь на одном из поворотов пути — в самый
неподходящий момент и, конечно, без предупреждения.
Ну раз вы такие — живите как хотите. Гоняться за вами — все равно что
ловить бабочек, размахивая лопатой. Но хотелось бы поподробнее узнать про
Соню.
Ясно одно — Соня была дура. Это ее качество никто никогда не
оспаривал, да теперь уж и некому. Приглашенная в первый раз на обед — в
далеком, желтоватой дымкой подернутом тридцатом году, — истуканом сидела в
торце длинного накрахмаленного стола, перед конусом салфетки, свернутой, как
было принято — домиком. Стыло бульонное озерцо. Лежала праздная ложка.
Достоинство всех английских королев, вместе взятых, заморозило Сонины
лошадиные черты.
– А вы, Соня, — сказали ей (должно быть, добавили и отчество, но
теперь оно уже безнадежно утрачено), — а вы, Соня, что же не кушаете?
– Перцу дожидаюсь, — строго отвечала она ледяной верхней губой.
Впрочем, по прошествии некоторого времени, когда уже выяснились и
Сонина незаменимость на кухне в предпраздничной суете, и швейные
достоинства, и ее готовность погулять с чужими детьми и даже посторожить их
сон, если все шумной компанией отправляются на какое-нибудь неотложное
увеселение, — по прошествии некоторого времени кристалл Сониной
глупости засверкал иными гранями, восхитительными в своей непредсказуемости.
Чуткий инструмент, Сонина душа улавливала, очевидно, тональность настроения
общества, пригревшего ее вчера, но, зазевавшись, не успевала перестроиться
на сегодня. Так, если на поминках Соня бодро вскрикивала: "Пей до дна!" –
то ясно было, что в ней еще живы недавние именины, а на свадьбе от Сониных
тостов веяло вчерашней кутьей с гробовыми мармеладками.
"Я вас видела в филармонии с какой-то красивой дамой: интересно, кто
это?" — спрашивала Соня у растерянного мужа, перегнувшись через его
помертвевшую жену. В такие моменты насмешник Лев Адольфович, вытянув губы
трубочкой, высоко подняв лохматые брови, мотал головой, блестел мелкими
очками: "Если человек мертв, то это надолго, если он глуп, то это навсегда!"
Что же, так оно и есть, время только подтвердило его слова.
Сестра Льва Адольфовича, Ада, женщина острая, худая, по-змеиному
элегантная, тоже попавшая однажды в неловкое положение из-за Сониного
идиотизма, мечтала ее наказать. Ну, конечно, слегка — так, чтобы и самим
посмеяться, и дурочке доставить небольшое развлечение. И они шептались в
углу — Лев и Ада, — выдумывая что поостроумнее.
Стало быть, Соня шила… А как она сама одевалась? Безобразно, друзья
мои, безобразно! Что-то синее, полосатое, до такой степени к ней не идущее!
Ну вообразите себе: голова как у лошади Пржевальского (подметил Лев
Адольфович), под челюстью огромный висячий бант блузки торчит из твердых
створок костюма, и рукава всегда слишком длинные. Грудь впалая, ноги такие
толстые — будто от другого человеческого комплекта, и косолапые ступни.
Обувь набок снашивала. Ну, грудь, ноги — это не одежда… Тоже одежда,
милая моя, это тоже считается как одежда! При таких данных надо особенно
соображать, что можно носить, чего нельзя!.. Брошка у нее была — эмалевый
голубок. Носила его на лацкане жакета, не расставалась. И когда
переодевалась в другое платье — тоже обязательно прицепляла этого голубка.
Соня хорошо готовила. Торты накручивала великолепные. Потом вот эту,
знаете, требуху, почки, вымя, мозги — их так легко испортить, а у нее
выходило — пальчики оближешь. Так что это всегда поручалось ей. Вкусно, и
давало повод для шуток. Лев Адольфович, вытягивая губы, кричал через стол:
"Сонечка, ваше вымя меня сегодня просто потрясает!" — и она радостно кивала
в ответ. А Ада сладким голоском говорила: "А я вот в восторге от ваших
бараньих мозгов!" — "Это телячьи", — не понимала Соня, улыбаясь. И все
радовались: ну не прелесть ли?!
Она любила детей, это ясно, и можно было поехать в отпуск, хоть в
Кисловодск, и оставить на нее детей и квартиру — поживите пока у нас, Соня,
ладно? — и, вернувшись, найти все в отменном порядке: и пыль вытерта, и
дети румяные, сытые, гуляли каждый день и даже ходили на экскурсию в музей,
где Соня служила каким-то там научным хранителем, что ли; скучная жизнь у
этих музейных хранителей, все они старые девы. Дети успевали привязаться к
ней и огорчались, когда ее приходилось перебрасывать в другую семью. Но ведь
нельзя же быть эгоистами и пользоваться Соней в одиночку: другим она тоже
могла быть нужна. В общем, управлялись, устанавливали какую-то разумную
очередь.
Ну что о ней еще можно сказать? Да это, пожалуй, и все! Кто сейчас
помнит какие-то детали? Да за пятьдесят лет никого почти в живых не
осталось, что вы! И столько было действительно интересных, по-настоящему
содержательных людей, оставивших концертные записи, книги, монографии по
искусству. Какие судьбы! О каждом можно говорить без конца. Тот же Лев
Адольфович, негодяй в сущности, но умнейший человек и в чем-то миляга. Можно
было бы порасспрашивать Аду Адольфовну, но ведь ей, кажется, под девяносто,
и — сами понимаете… Какой-то там случай был с ней во время блокады.
Кстати, связанный с Соней. Нет, я плохо помню. Какой-то стакан, какие-то
письма, какая-то шутка.
Сколько было Соне лет? В сорок первом году — там ее следы обрываются
– ей должно было исполниться сорок. Да, кажется, так. Дальше уже просто
подсчитать, когда она родилась и все такое, но какое это может иметь
значение, если неизвестно, кто были ее родители, какой она была в детстве,
где жила, что делала и с кем дружила до того дня, когда вышла на свет из
неопределенности и села дожидаться перцу в солнечной, нарядной столовой.
Впрочем, надо думать, что она была романтична и по-своему возвышенна. В
конце концов, эти ее банты, и эмалевый голубок, и чужие, всегда
сентиментальные стихи, не вовремя срывавшиеся с губ, как бы выплюнутые
длинной верхней губой, приоткрывавшей длинные, костяного цвета зубы, и
любовь к детям — причем к любым, — все это характеризует ее вполне
однозначно. Романтическое существо. Было ли у нее счастье? О да! Это — да!
уж что-что, а счастье у нее было.
И вот надо же — жизнь устраивает такие штуки! — счастьем этим она
была обязана всецело этой змее Аде Адольфовне. (Жаль, что вы ее не знали в
молодости. Интересная женщина.)
Они собрались большой компанией — Ада, Лев, еще Валериан, Сережа,
кажется, и Котик, и кто-то еще — и разработали уморительный план (поскольку
идея была Адина, Лев называл его "адским планчиком"), отлично им удавшийся.
Год шел что-нибудь такое тридцать третий. Ада была в своей лучшей форме,
хотя уже и не девочка, — фигурка прелестная, лицо смуглое с темно-розовым
румянцем, в теннис она первая, на байдарке первая, все ей смотрели в рот.
Аде было даже неудобно, что у нее столько поклонников, а у Сони — ни
одного. (Ой, умора! У Сони — поклонники?!) И она предложила придумать для
бедняжки загадочного воздыхателя, безумно влюбленного, но по каким-то
причинам никак не могущего с ней встретиться лично. Отличная идея! Фантом
был немедленно создан, наречен Николаем, обременен женой и тремя детьми,
поселен для переписки в квартире Адиного отца — тут раздались было голоса
протеста: а если Соня узнает, если сунется по этому адресу? — но аргумент
был отвергнут как несостоятельный: во-первых, Соня
дура, в том-то вся и штука; ну а во-вторых, должна же у нее быть
совесть — у Николая семья, неужели она ее возьмется разрушить? Вот, он же
ей ясно пишет, — Николай то есть, — дорогая, ваш незабываемый облик навеки
отпечатался в моем израненном сердце (не надо "израненном", а то она поймет
буквально, что инвалид), но никогда, никогда нам не суждено быть рядом, так
как долг перед детьми… ну и так далее, но чувство, — пишет далее Николай,
– нет, лучше: истинное чувство — оно согреет его холодные члены ("То есть
как это, Адочка?" — "Не мешайте, дураки!") путеводной звездой и всякой там
пышной розой. Такое вот письмо. Пусть он видел ее, допустим, в филармонии,
любовался ее тонким профилем (тут Валериан просто свалился с дивана от
хохота) и вот хочет, чтобы возникла такая возвышенная переписка. Он с трудом
узнал ее адрес. Умоляет прислать фотографию. А почему он не может явиться на
свидание, тут-то дети не помешают? А у него чувство долга. Но оно ему
почему-то ничуть не мешает переписываться? Ну тогда пусть он парализован. До
пояса. Отсюда и хладные члены. Слушайте, не дурите! Надо будет — парализуем
его попозже. Ада брызгала на почтовую бумагу "Шип-ром", Котик извлек из
детского гербария засушенную незабудку, розовую от старости, совал в
конверт. Жить было весело!
Переписка была бурной с обеих сторон. Соня, дура, клюнула сразу.
Влюбилась так, что только оттаскивай. Пришлось слегка сдержать ее пыл:
Николай писал примерно одно письмо в месяц, притормаживая Соню с ее
разбушевавшимся купидоном.
Николай изощрялся в стихах: Валериану пришлось попотеть. Там были
просто перлы, кто понимает, — Николай сравнивал Соню с лилией, лианой и
газелью, себя — с соловьем и джейраном, причем одновременно. Ада писала
прозаический текст и осуществляла общее руководство, останавливая своих
резвившихся приятелей, дававших советы Валериану: "Ты напиши ей, что она –
гну. В смысле антилопа. Моя божественная гну, я без тебя иду ко дну!" Нет,
Ада была на высоте: трепетала Николаевой нежностью и разверзала глубины его
одинокого мятущегося духа, настаивала на необходимости сохранять
платоническую чистоту отношений и в то же время подпускала намек на
разрушительную страсть, время для проявления коей еще почему-то не приспело.
Конечно, по вечерам Николай и Соня должны были в назначенный час поднять
взоры к одной и той же звезде. Без этого уж никак. Если участники
эпистолярного романа в эту минуту находились поблизости, они старались
помешать Соне раздвинуть занавески и украдкой бросить взгляд в звездную
высь, звали ее в коридор: "Соня, подите сюда на минутку… Соня, вот какое
дело…", наслаждаясь ее смятением: заветный миг надвигался, а Николаев взор
рисковал проболтаться попусту в окрестностях какого-нибудь там Сириуса или
как его — в общем, смотреть надо было в сторону Пулкова.
Потом затея стала надоедать: сколько же можно, тем более что из томной
Сони ровным счетом ничего нельзя было вытянуть, никаких секретов; в
наперсницы к себе она никого не допускала и вообще делала вид, что ничего не
происходит, — надо
же, какая скрытная оказалась, а в письмах горела неугасимым пламенем
высокого чувства, обещала Николаю вечную верность и сообщала о себе
все-превсе: и что ей снится, и какая пичужка где-то там прощебетала.
Высылала в конвертах вагоны сухих цветов, и на один из Николаевых дней
рождения послала ему, отцепив от своего ужасного жакета, свое единственное
украшение: белого эмалевого голубка. "Соня, а где нее ваш голубок?" –
"Улетел", — говорила она, обнажая костяные лошадиные зубы, и по глазам ее
ничего нельзя было прочесть. Ада все собиралась умертвить, наконец,
обременявшего ее Николая, но, получив голубка, слегка содрогнулась и
отложила убийство до лучших времен. В письме, приложенном к голубку, Соня
клялась непременно отдать за Николая свою жизнь или пойти за ним, если надо,
на край света.
Весь мыслимый урожай смеха был уже собран, проклятый Николай каторжным
ядром путался под ногами, но бросить Соню одну, на дороге, без голубка, без
возлюбленного, было бы бесчеловечно. А годы шли; Валериан, Котик и, кажется,
Сережа по разным причинам отпали от участия в игре, и Ада мужественно,
угрюмо, одна несла свое эпистолярное бремя, с ненавистью выпекая, как
автомат, ежемесячные горячие почтовые поцелуи. Она уже сама стала немного
Николаем, и порой в зеркале при вечернем освещении ей мерещились усы на ее
смугло-розовом личике. И две женщины на двух концах Ленинграда, одна со
злобой, другая с любовью, строчили друг другу письма о том, кого никогда не
существовало.
Когда началась война, ни та ни другая не успели эвакуироваться. Ада
копала рвы, думая о сыне, увезенном с детским садом. Было не до любви. Она
съела все, что было можно, сварила кожаные туфли, пила горячий бульон из
обоев — там все-таки было немного клейстера. Настал декабрь, кончилось все.
Ада отвезла на саночках в братскую могилу своего папу, потом Льва
Адольфовича, затопила печурку Диккенсом и негнущимися пальцами написала Соне
прощальное Николаево письмо. Она писала, что все ложь, что она всех
ненавидит, что Соня — старая дура и лошадь, что ничего не было и что будьте
вы все прокляты. Ни Аде, ни Николаю Дальше жить не хотелось. Она отперла
двери большой отцовской квартиры, чтобы похоронной команде легче было войти,
и легла на диван, навалив на себя пальто папы и брата.
.
Неясно, что там было дальше. Во-первых, это мало кого интересовало,
во-вторых, Ада Адольфовна не очень-то разговорчива, ну и, кроме того, как
уже говорилось, время! Время все съело. Добавим к этому, что читать в чужой
душе трудно: темно, и дано не всякому. Смутные домыслы, попытки догадок –
не больше.
Вряд ли, я полагаю, Соня получила Николаеву могильную весть. Сквозь тот
черный декабрь письма не проходили или же шли месяцами. Будем думать, что
она, возведя полуслепые от голода глаза к вечерней звезде над разбитым
Пулковом, в этот день не почувствовала магнетического взгляда своего
возлюбленного и поняла, что час его пробил. Любящее сердце — уж говорите,
что хотите — чувствует такие вещи, его не обманешь. И, догадавшись,
чтопора, готовая испепелить себя ради спасения своего
единственного, Соня взяла все, что у нее было - баночку довоенного томатного
сока, сбереженного для такого вот смертного случая, — и побрела через
весь Ленинград в квартиру умирающего Николая. Сока там было ровно на
одну жизнь.
Николай лежал под горой пальто, в ушанке, с черным страшным лицом, с
запекшимися губами, ногладко побритый. Соня опустилась на
колени, прижалась глазами к его отекшей руке со сбитыми ногтями и немножко
поплакала. Потом она напоила его соком с ложечки, подбросила
книг в печкублагословила свою счастливую судьбу и ушла с ведром
за водой, чтобы больше никогда не вернуться- бомбили в тот день
сильно.
Вот, собственно, и все, что можно сказать о Соне. Жил человек — и нет
его. Одно имя осталось.
…– Ада Адольфовна, отдайте мне Сонины письма.
Ада Адольфовна выезжает из спальни в столовую, поворачивая руками
большие колеса инвалидного кресла. Сморщенное личико ее мелко трясется.
Черное платье прикрывает до пят безжизненные ноги. Большая камея приколота у
горла. Накамее кто-то кого-то убивает: щиты, копья, враг
изящно упал.
– Письма?
Письма, письма, отдайте мне Сонины письма
– Не слышу!
Слово "отдайте" она всегда плохо слышит раздраженно шипит жена внука,
косясь на камею.
– Не пора ли обедать? — шамкает Ада Адольфовна.
Какие большие темные буфеты, какое тяжелое столовое серебро в них, и
вазы, и всякие запасы: чай, варенья, крупы, макароны. Из других комнат тоже
виднеются буфеты, буфеты, гардеробы, шкафы — с бельем, с книгами, со
всякими вещами. Где она хранит пачку Сониных писем, ветхий пакетик,
перехваченный бечевкой, потрескивающий от сухих цветов, желтоватых и
прозрачных, как стрекозиные крылья? Не помнит или не хочет говорить? Да и
что толку — приставать к трясущейся парализованной старухе! Мало ли у нее
самой было в жизни трудных дней? Скорее всего она бросила эту пачку в огонь,
встав на распухшие колени в ту ледяную зиму, во вспыхивающем кругу минутного
света, и, может быть, робко занявшись вначале, затем быстро чернея с углов,
и, наконец, взвившись столбом гудящего пламени, письма согрели, хоть на
краткий | миг, ее скрюченные, окоченевшие пальцы. Пусть так. Вот только
белого голубка, я думаю, она должна была оттуда вынуть. Ведь голубков огонь
не берет.

Процитировано 2 раз
Понравилось: 2 пользователям

Источник: www.liveinternet.ru

Что отличает соню от всех людей толстая. Анималистические сюжеты в романе Л.Н. Толстого "Война и мир"

eaughto — Sun, 04 May 2014 07:30:02 GMT

Цветной журнал с электронными приложениями;
Бумажные и электронные версии;
Скидки постоянным подписчикам.

Вы можете ознакомиться с номером журнала.

Анималистические сюжеты в романе Л.Н. Толстого "Война и мир"

Братцева Людмила Александровна, учитель литературы и русского языка

Разделы: Преподавание литературы

Человек, которому посчастливилось много раз перечитывать “Войну и мир”, может находить в этой книге новые грани, новые смыслы, новое звучание известных эпизодов. Учащиеся средней школы чаще всего читают книгу один раз, самые дотошные – летом, до изучения его в классе, а затем лишь “просматривают”, “читают по диагонали”(при условии, что перед нами – добросовестные, интересующиеся вопросами жизни ученики, созревшие до “Войны и мира”).

Как же сделать так, чтобы эпизоды этого грандиозного произведения не слились в сплошной поток “картин войны”или “мирных сцен”?

Вероятно, учителю следует отыскивать такие моменты, которые нельзя оставить без внимания, которые при ближайшем рассмотрении превратят изучение эпопеи в увлекательное исследование, позволяющее проникнуть в замыслы художника и в тайны писателя-философа.

Обратимся к характеристике героев через образы животных. Мне кажется, такое обращение помогает ребятам воспринимать характеры живо, эмоционально, помогает запоминать такие эпизоды и такие детали, на которые при обычном анализе текста мало кто обращает внимание.

СЮЖЕТ 1.

Том I, часть1, глава IX.

Портрет Сони – “Соня была тоненькая, миниатюрненькая брюнетка с мягким, оттенённым длинными ресницами взглядом, густою черною косою, два раза обвивавшею её голову, и желтоватым оттенком кожи на лице и в особенности на обнажённых худощавых, но мускулистых руках и шее. Плавностью движений, мягкостью и гибкостью маленьких членов и несколько хитрою и сдержанною манерой она напоминала красивого, но ещё не сформировавшегося котёнка, который будет прелестною кошечкой. …И видно было, что кошечка присела только для того, чтобы ещё энергичнее прыгнуть и заиграть с своим cousin…”

Уже первое знакомство наводит на ряд размышлений. Конечно, мы в обыденной жизни говорим, что ребенок ласков, как котёнок, мягок, как котёнок. Но в то же время каждый рано или поздно понимает, что котёнок вырастает и не всегда оправдывает наши надежды на ласковость, доброту и преданность; нельзя сбрасывать со счетов и то, что любая “кошечка”- хищник. По всей видимости, именно это и подразумевал Л.Н.Толстой, рисуя довольно странный портрет красавицы, обладающей таинственным мягким взглядом и мускулистыми руками, плавностью движений и хитрою и сдержанною манерой. А желтоватый оттенок кожи на лице и руках – это не признак ли желчности? Не попытка ли писателя подчеркнуть скрытые до поры до времени характеристики героини?

Том I, часть1, глава XVII.

Второй эпизод, привлекающий наше внимание в изучении характера Сони – это эпизод плача на сундуке, который был “место печалей женского молодого поколения дома Ростовых”. Этот удивительный эпизод длится довольно долго, но читателю трудно понять истинные причины слёз Сони. Попробуем за многочисленными фигурами умолчания и междометиями отыскать эти причины.

“Николенька едет через неделю…его… бумага… вышла...., он сам мне сказал…Да я бы все не плакала…”( Отметим для себя, что слёзы Сони вызваны не отъездом Николая на службу.)

“Тебе хорошо… я не завидую… я тебя люблю, и Бориса тоже, - говорила она, собравшись немного с силами, - он милый, … для вас нет препятствий. А Николай мне cousin… надобно…, сам митрополит…, и то нельзя.

Первая причина названа (она отнюдь не характеризует Соню как человека, искренне желающего счастья Наташе и Борису, скорее, она показывает всю меру несчастья той, для которой есть препятствия на пути достижения её цели).

“И потом, ежели маменьке… она скажет, что я порчу карьеру Николая, у меня нет сердца, что я неблагодарная, а право… вот ей-богу… я так люблю и её и всех вас, только Вера одна… За что? Что я ей сделала?”- вторая причина сформулирована тоже четко: надо казаться при любых обстоятельствах хорошей. Нельзя допустить у окружающих и мысли о том, что Соня может быть в чем-то не хороша. Это не психология человека, это психология удобно устраивающегося в жизни существа.

“Я так благодарна вам, что рада бы всем пожертвовать, да мне нечем…”Как расценивать это признание: как отсутствие любви к Николаю? (Если жертвовать нечем?) Но тогда слёзы вызваны голым расчётом на удачное замужество.(?!)

Если всё-таки допустить, что Соня любит Николая, тогда её слова – игра, тонко выстроенная и достигающая поставленной цели.

И в том, и в другом случае её самораскрытие обнажает тот глубоко спрятанный эгоистический расчет, который был чужд Толстому в людях, который противопоставлялся “положительному эгоизму”, направленному на желание счастья и добра окружающим.

Финал сцены замечателен: “…Ты, Соня не плачь, голубчик милый, дущенька, Соня…Вера злая, бог с ней! А всё будет хорошо, и маменьке она не скажет, и он не думал об Жюли.

…Соня приподнялась, и котёночек оживился, глазки заблистали, и он готов был, казалось вот-вот взмахнуть хвостом, вспрыгнуть на мягкие лапки и опять заиграть с клубком, как ему и было прилично”.

Эта сцена добавляет долю неприязни к замечательной, на первый взгляд, Соне. Как может она играть чувствами искренне сопереживающей Наташи, любящей её, жалеющей, утешающей? Как умеет она хитрить, притворяться, добиваться своего, не обращая внимания на чувства других людей?!

Том IV. часть1. глава VIII.

Сущность Сони как нельзя лучше проявляется в истории встречи с раненым князем Андреем.

“Несколько дней перед выездом из Москвы, растроганная и взволнованная всем тем, что происходило, графиня, призвав к себе Соню, вместо упрёков и требований, со слезами обратилась к ней, с мольбой о том, чтоб она пожертвовала собой…, чтобы разорвала свои связи с Николаем.

Соня разрыдалась истерически, отвечала сквозь рыдания, что она сделает все, что она на все готова, но не дала прямого обещания и в душе своей не могла решиться на то, что от неё требовали…

Жертвовать собой было привычкой Сони. Её положение в доме было таково, что только на пути жертвования она могла выказывать свои достоинства, и она привыкла и любила жертвовать собою. Но прежде во всех действиях самопожертвования она с радостью сознавала, что она, жертвуя собой, этим самым возвышает себе цену в глазах себя и других и становится более достойной Nicolas, которого она любила больше всего в жизни; но теперь жертва её должна была состоять в том, чтобы отказаться от того, что для неё составляло всю награду жертвы, весь смысл жизни.

…Соня, невольно выученная своею зависимою жизнью скрытности, в общих, неопределённых словах ответив графине, …решилась ждать свидания с Николаем, с тем, чтобы в этом свидании не освободить, но, напротив, навсегда связать себя с ним”.

Поведение Сони подтверждает наши предположения о том, что в её действиях мало человеческих чувств, мало человеческих мотивов, скорее, это мотивы и инстинкты прирученного котёнка, выросшего и теперь умеющего проявить свой нрав. Она молчит, но делает именно так, как считает нужным, не обращая внимания на просьбы и мольбы тех людей, которые её вырастили и воспитали. Она не способна на человеческие проявления, она не способна даже любить по-человечески, ибо любить – это прежде всего желать счастья любимому.

Дальнейшее подтверждает и ещё одно раннее предположение: рано или поздно в котеночке проснётся хищник, расчётливый, холодный, рационально просчитывающий каждый свой шаг на пути к захвату жертвы: “…Теперь, когда она знала, что по случаю возобновления отношений Наташи с князем Андреем Николай не мог жениться на княжне Марье, она с радостью почувствовала возвращения того настроения самопожертвования, в котором она любила и привыкла жить. И со слезами на глазах и с радостью совершения великодушного поступка, она несколько раз прерываясь от слез, которые отуманивали её бархатные чёрные глаза, написала то трогательное письмо, получение которого так поразило Николая”.

Сущность характера Сони выявлена с предельной точностью и с предельной неприязнью со стороны писателя. В противовес искренней, любящей, сопереживающей, сочувствующей Наташе дана Соня, расчётливая, рациональная, озабоченная лишь удовлетворением собственных потребностей и не задумывающаяся ни о ком.

Эпилог. Часть 1, главаV.

“Николай чувствовал себя в неоплатном долгу благодарности перед Соней за всё, что она делала для его матери, восхищался её терпением и преданностью, но старался отдаляться от неё.

…В ней было всё, за что ценят людей; но было мало того, что бы заставило его любить её”.

Эпилог. Часть 1, глава VIII.

“Соня со времени женитьбы Николая жила в его доме”. Графиня Марья “Соню желала любить, но не только не любила, а часто находила против неё в своей душе злые чувства и не могла преодолеть их”.

Задумаемся, отчего так одинаково относятся к Соне Николай и княжна Марья?

Поскольку и Николай, и графиня Марья чувствуют себя виноватыми перед Соней, они не могут сформулировать причин своей нелюбви к этому человеку, зато Наташа вполне может говорить об этом. В разговоре с графиней Марьей именно она заявляет:

“Знаешь что, вот ты много читала евангелие; там есть одно место прямо о Соне. “Имущему даётся, а у неимущего отнимется”, помнишь? Она – неимущий! …Она пустоцвет…”

“И, несмотря на то, что графиня Марья толковала Наташе, что эти слова евангелия надо понимать иначе, - глядя на Соню, она соглашалась с объяснениями, данными Наташей”.

То, что Наташа называет “пустоцветом”, “неимущим”, вероятнее всего, можно назвать отсутствием духовности, отсутствием души. Графиня Марья соглашается с доводами Наташи, наверное, потому, что тоже чувствует в Соне “нищету духа”. Да и как не чувствовать этого в человеке, который “не тяготится своим положением”.

Завершая рассказ о Соне, Л.Н.Толстой даёт убийственную для человека характеристику: “Она дорожила, казалось, не столько людьми, сколько всею семьёй. Она, как кошка, прижилась не к людям, а к дому…”

Задумаемся, почему писатель именно так характеризует Соню. Ответ можно найти в его книге “Путь жизни”:

1.”Главное дело жизни всякого человека – это то, чтобы становиться добрее и лучше. А как же можно становиться лучше, когда считаешь себя хорошим?”

2. “Пока мы не познали, что в нас, какая польза нам знать, что вне нас? Да и можно ли не познав себя, познать мир? Может ли тот, кто слеп дома, быть зрячим в гостях?” (Сковорода)

3 “Никто никогда не уставал делать себе добро. Но ведь самое большое добро – делать то, чего душа хочет, а душа всегда хочет одного: любви от себя и к себе. Положи жизнь свою в этом увеличении любви, и ты увидишь, что благо твоё всегда в твоей власти”.

4. “Самоотречение не есть отречение от себя, а только перенесение своего я из животного существа в духовное. Отрекаться от себя не значит отрекаться от жизни. Напротив, отрекаться от жизни плотской значит усиливать свою истинную духовную жизнь”.

Этим “правилам”следуют любимые герои Л.Н.Толстого, но именно ими пренебрегает Соня. Её “мудрость”отличается от человеческой мудрости тем, что блага, к которым она “приживается”- телесные, а не духовные. Интересно и имя героини: не Софья (мудрость), а лишь Соня (спящая). Это значение имени подтверждает и Наташа, когда говорит : “Иногда мне жалко её, а иногда я думаю, что она не чувствует этого, как чувствовали бы мы”.

Итак, первый анималистический сюжет завершён. Итог его очевиден: человек, не заботящийся о духовном совершенстве, пренебрегающий собственным духовным миром, заботящийся лишь о благополучии телесном утрачивает человеческие черты, не замечая этого, ведёт животную жизнь, не ощущая трагичности происходящего.

СЮЖЕТ 2

Том I.Часть 3, глава XII.

Известный эпизод – военный совет перед Аустерлицким сражением.

Обратим внимание на главного “героя”этого эпизода – Вейротера.

“Вейротер был полным распорядителем предполагаемого сражения, представлял своею оживлённостью и торопливостью резкую противоположность с недовольным и сонным Кутузовым, неохотно игравшим роль председателя и руководителя военного совета”

Антитеза очерчена предельно ясно.

Очевидно и ироничное отношение писателя к “распорядителю”предстоящего сражения.

Обратимся к лексическому значению слова “распорядитель”- лицо, распоряжающееся чем-либо. Например, распорядитель кредитов, распорядитель на демонстрации, распорядитель церемониалов. (Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка). Понятно, что нельзя называть человека, претендующего на высокое звание полководца, “распорядителем”.

Ещё большее изумление вызывает его поведение. Сравним раннюю редакцию романа и окончательный вариант:

Ранняя редакция Окончательный вариант В десятом часу вечера Вейротер с своими планами переехал на квартиру Кутузова, где был назначен не столько военный совет, сколько окончательная отдача приказаний для завтрашнего дня.

…Так как князь Багратион не будет, то мы можем начинать, - сказал Вейротер, поспешно вставая с своего места и приближаясь к столу, на котором была разложена огромная карта окрестностей Брюнна и Аустерлица.

В десятом часу вечера Вейротер с своими планами переехал на квартиру Кутузова, где и был назначен военный совет.

…Вейротер, бывший полным распорядителем предполагаемого сражения, представлял своею оживлённостью и торопливостью резкую противоположность с недовольным и сонным Кутузовым, неохотно играющим роль председателя и руководителя военного совета. Вейротер, очевидно, чувствовал себя во главе движения, которое стало уже неудержимо. Он был, как запряжённая лошадь, разбежавшаяся с возом под гору. Он ли вёз, его ли гнало, он не знал; но он нёсся во всю возможную быстроту, не имея времени уже обсуждать того, к чему поведёт это движение. Вейротер в этот вечер был два раза для личного осмотра в цепи неприятеля и два раза у государей, русского и австрийского для доклада и объяснений, и в своей канцелярии, где он диктовал немецкую диспозицию. Он, измученный, приехал теперь к Кутузову.

Он, видимо, так был занят, что забывал даже быть почтительным с главнокомандующим: он перебивал его, говорил быстро, неясно, не глядя в лицо собеседника, не отвечая на делаемые ему вопросы, был испачкан грязью и имел вид жалкий, измученный, растерянный и вместе с тем самонадеянный и гордый.

Подумаем, что даёт читателю расширение картины в окончательном варианте текста.

Прежде всего, обращает на себя внимание сравнение “распорядителя”с лошадью, безумно несущейся под гору с тяжеленным возом. Итог такого движения каждый читатель ощущает на уровне эмоций: “её же раздавит воз!”Нужный эффект достигнут. Исход сражения при таком “управлении”предрешён.

Следующий момент наблюдений - человек, взявшийся руководить движением, не имеет на это руководство ни сил, ни времени. Его “несёт”помимо его воли, помимо его желания. Такое движение вряд ли можно назвать упорядоченным и разумным, достойным человека.

Наконец, “распорядитель”и выглядит очень странно: говорит быстро, бессвязно, не реагируя на вопросы, не замечая вокруг себя людей.

Завершающие детали портрета (“жалкий, измученный, растерянный и вместе с тем самонадеянный и гордый”) приводят к страшной догадке: человек безумен, он уже не напоминает человека, а выглядит, как загнанная лошадь.

Стоит ли удивляться тому, что Кутузов засыпает во время чтения диспозиции, генералы ведут себя весьма странно: “…Буксгевден…, остановив свои глаза на горевшей свече, казалось, не слушал и даже не хотел, чтобы думали, что он слушает”; “Пржебышевский с почтительной, но достойной учтивостью пригнул рукою ухо к Вейротеру, имея вид человека, поглощенного вниманием”;Милорадович “упорно молчал, глядя в лицо Вейротера, и спускал с него глаза только в то время, когда австрийский начальник штаба замолкал. В это время Милорадович значительно оглядывался на других генералов. Но по значению этого значительного взгляда нельзя было понять, был ли он согласен или не согласен, доволен или не доволен диспозицией”. (Нелишне заметить, что ирония автора достигает своего апогея в изображении поведения генералов. Действительно, почему так странно реагируют все они на слова Вейротера? Не оттого ли, что читаемая диспозиция так же безумна, как и поведение “распорядителя”? Да и чего можно ожидать от человека, похожего на несущуюся к своей смерти лошадь?!)

Восточная мудрость гласит: “Человек отличается от животных только тем, что у него есть способность мысли. Одни люди увеличивают в себе эту способность, другие не заботятся об этом. Такие люди точно как будто хотят отказаться от того, что отличает их от скота”. Эти слова, цитируемые Л.Н.Толстым в главе “Только способностью мыслить человек отличается от животного”, дополняют мысль писателя: “Если бы человек не мог мыслить, он бы не понимал, зачем он живёт. А если бы он не понимал, зачем он живёт, он не мог бы понять, что хорошо и что дурно. И потому нет ничего дороже для человека, чем хорошо мыслить”. Не в этих ли слова ключ к разгадке сюжета с Вейротером?

Человек, не способный мыслить, не желающий совершать усилия для объяснения себе и окружающим смысла собственных поступков, не только совершает безумные дела, но и ввергает в пучину безумия вполне разумных людей.

Вспомним, как ведёт себя перед Аустерлицким сражением князь Андрей, как двоится его сознание и как побеждает не голос разума, а совсем другой голос: “И как ни дороги, ни милы мне … отец, сестра, жена… как ни страшно и ни неестественно это кажется, я всех их отдам сейчас за минуту славы, торжества над людьми, за любовь к себе людей, которых я не знаю и не буду знать, за любовь вот этих людей.”; как ведут себя во время сражения русские воины, бегущие с поля боя; какая неразбериха в распоряжениях и приказах.

Завершая анализ второго анималистического сюжета, мы приходим к выводу: всё безумие порождено тем, что первоначальное “руководство”сражением взял на себя человек, утративший главную человеческую способность – способность мыслить.

СЮЖЕТ 3.

Том III. Часть 2, глава ХХХVIII.

Один из ключевых эпизодов романа-эпопеи – Наполеон на поле Бородина. Рассматривая поле сражения, “покрытое трупами и ранеными”, Наполеон, вероятно, впервые в жизни ощутил тяжесть жизни, почувствовал груз той ответственности, которую взвалил на себя, задумался о том “деле”, которому посвятил жизнь. “Он с болезненною тоской ожидал конца того дела, которому он считал себя причастным, но которого не мог остановить…. Личное человеческое чувство на короткое мгновение взяло верх над тем искусственным призраком жизни, которому он служил так долго.”

Казалось бы, при виде тех ужасов, которые повергли в шоковое состояние “великого человека”в его душе должны были пробудиться те человеческие чувства, которые не позволяют человеку утрачивать человеческий облик: сострадание, боль, стыд за погубленные жизни, желание исправить ошибки, совершённые по разным причинам и т.д. Однако император остаётся верен себе, верен тем принципам, которые были на протяжении всей жизни незыблемыми для него. Л.Н.Толстой, повествуя о дальнейших действиях Наполеона, говорит: “И без его приказаний делалось то, чего он хотел, и он распорядился только потому, что думал, что от него ждали приказания. И он опять перенёсся в свой прежний искусственный мир призраков какого-то величия, и опять (как та лошадь, ходящая на покатом колесе привода, воображает себе, что она что-то делает для себя), он покорно стал исполнять ту жестокую, печальную и тяжелую, нечеловеческую роль, которая была ему предназначена”.

Задумаемся и над этим образом. Вновь, как и в истории с Вейротером, перед нами не человек, существо мыслящее и отвечающее за свои действия. Вновь перед читателем – образ лошади, изработавшейся, выполняющей навязанную ей бесполезную, нудную работу. Перед нами существо, живущее в мире призраков, т.е. не воспринимающее мир адекватно. Не только сравнение с лошадью, но и упоминание о безумии объединяет предыдущий и рассматриваемый сюжеты. Объединяющим является и слово “распорядитель”.Для чего понадобилось писателю это сопоставление? Возможно, для того, чтобы подчеркнуть мысль о том, что Наполеон не исключительное явление, не гениальная личность, не выдающийся полководец, а лишь игрушка в руках истории и собственных заблуждений; возможно, для того, чтобы обратить ещё раз внимание читателя на то, что утрата личностью способности чувствовать и способности мыслить повергает в животное состояние даже так называемых вершителей судеб мира.

Подтверждением наших догадок могут служить слова писателя, завершающие этот эпизод, слова страшные для человека, претендовавшего на роль властителя мира, полагавшего, что его воля, его слово определяют ход истории. Л.Н.Толстой, формируя наши представления об отсутствии всего человеческого в Наполеоне, пишет: “И не на один только этот час и день были помрачены ум и совесть этого человека…, но и никогда, до конца жизни своей, не мог понимать он ни добра, ни красоты, ни истины, ни значения своих поступков, которые были слишком противоположны добру и правде, слишком далеки от всего человеческого, для того, чтобы он мог понимать их значение.”

Итак, анималистические сюжеты дополняют и углубляют читательские представления о героях, объединяют такие образы и характеры, похожесть которых при обычном чтении заметить очень сложно. По всей видимости, автор намеренно придаёт наиболее отвратительным ( по его мнению) героям черты животных, подсказывая читателю: человек не может, не должен скатываться к животной жизни, к животным инстинктам, к мироощущению животного ( пусть даже благородного – лошади, пусть даже милого и домашнего – кошечка); человек может ошибаться, может совершать неверные шаги, но он обязан оставаться существом мыслящим и чувствующим глубоко, искренне, так, как и подобает человеку.

Источник: festival.1september.ru

Аде было даже неудобно что у нее есть столько поклонников. Филологический класс № 25// ЛИНГВОПОЭТИЧЕСКИЙ АНАЛИ

eaughto — Tue, 29 Apr 2014 12:10:03 GMT

ЛИНГВОПОЭТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА Т. А. Гридина ОЦЕНОЧНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ЯЗЫКОВОЙ ИГРЫ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ: (НА... [Подробнее]

Источник: www.calameo.com

Аде было даже неудобно что у нее есть столько поклонников. Resident Evil 6

eaughto — Tue, 29 Apr 2014 08:14:46 GMT

Редкий издатель экспериментирует над своей главной серией с таким же упорством, как Capcom над Resident Evil. Какие только чудовища Франкенштейна с биркой RE не выползали из студий разработчиков: и простенькие тиры, и недоделанные кооперативные шутеры, и другие уродцы. Сотрудники Capcom проводили самые разные опыты, но в названии побочных игр никогда не ставили порядковый номер. Дескать, к основной серии они не относятся, и фанатам волноваться не о чем. Однако для самого грандиозного эксперимента сделали исключение. Resident Evil 6 похожа на предыдущие номерные части не более чем LittleBigPlanet на Super Mario, но с этим уже ничего не поделать. Цифра в заголовке вынуждает относиться к игре со всей серьезностью, на которую способен поклонник «Обители зла».

При виде Леона фанаты прыгают от радости

Вот список фундаментальных изменений: инвентарь стал совсем другим, герои наконец-то обучились стрелять на ходу, а на локациях дизайнеры расставили характерные для современных экшенов укрытия. Только они практически бесполезны на среднем уровне сложности. Осваиваясь со всем этим, изо всех сил стараешься поверить, что играешь действительно в Resident Evil. Ну да, это он, родимый: вот же Леон Кеннеди. Плюс, когда копаешься в неудобно оформленном инвентаре, слышишь знакомые еще с первых частей звуковые эффекты. Но как только перед носом героя в забор врезается автомобиль, с неба падает вертолет, а многочисленные статисты, как и положено, героически погибают, в душе появляются сомнения. А это точно не новая Call of Duty? Отважные вирусоборцы расправляются с зараженными новым штаммом вируса буквально голыми руками и регулярно откуда-нибудь падают. Стойте, может, это Uncharted? Благодаря зашкаливающему числу спецэффектов выглядит игра — мама не горюй. Но при этом обожаемая поклонниками атмосфера первых «Резидентов» сгорает быстрее, чем подожженный из огнемета зомби.

Удар пяткой, видимо, должен был убить этого монстра, но увы — пятка размером не вышла

Разработчики не только погнались за зрелищностью, но и не забыли отдать дань уважения ролевым играм. Персонажи могут прокачивать различные умения и одновременно задействовать по три из общего списка. Особенно полезно то, которое снижает отдачу при стрельбе. Если бы дизайнеры чуть поднажали, список навыков стал бы таким же обширным как в Skyrim. Плюс каждое умение разрешается прокачивать, прямо как в Saboteur. Сотрудники Capcom явно изучили все самые интересные игры последних лет и использовали лучшие наработки. Плагиат, конечно, но так ли это важно, если вы фактически получаете четыре игры по цене одной? Разработчики попытались угодить максимально широкой аудитории и предусмотрели три главных сюжетных линии и одну дополнительную. Ваше знакомство с сериалом началось с пятой части Resident Evil? Смело выбирайте сюжет за Криса Рэдфилда — вас ожидает много стрельбы, много взрывов и много смачных ударов по мутировавшим физиономиям.

В игре столько любимцев публики, что мы решили подробнее о них рассказать

Если вы преданный ветеран сериала и терпеть не можете эти новые веяния, составьте компанию Леону Кеннеди. С ним вы неспешно пройдете десяток темных переулков, будете прислушиваться к малейшим шорохам и экономить каждый патрон — прямо как в старые добрые времена. Устали и от стрельбы, и от необходимости выживать с двумя патронами в обойме? Тогда обратите внимание на сына Альберта Уэскера по имени Джейк и подросшую Шерри Биркин. Как бойцы они слабоваты по сравнению с Леоном и Крисом. Видимо, поэтому их долго и упорно преследует здоровенный монстр, круша все на своем пути. Улепетывать придется часто и во все лопатки, еще и по сторонам оглядываться в поисках хоть чего-то, что остановит мутанта. Три кампании вы проходите с напарником, управляемым либо немного поумневшим по сравнению с Resident Evil 5 искусственным интеллектом, либо другим игроком. Четвертая же посвящена единственной и неповторимой Аде Вонг.

Ада изменилась к шестой части, но за ней по-прежнему бегают мужчины — даже мертвые

Надо отдать должное дизайнерам и сценаристам: все кампании отличаются друг от друга механикой и стилистикой. Жаль, что в единую картинку это изобилие складывается с трудом, и то часов эдак через десять, что для абсолютно линейной игры совсем немало. Кроме потерянной атмосферы игру можно упрекнуть за ее зрелищность, как это ни парадоксально. Сейчас каждый блокбастер поражает спецэффектами, но Resident Evil 6 в этом плане как-то слишком уж навязчива. Взрывы и достойные Брюса Ли рукопашные поединки создают ощущение, будто вы не на важном задании и не боретесь за выживание, а прогуливаетесь по Диснейленду, где вместо Микки и Дональда — мутанты и зараженные люди. В таких условия трудно воспринимать серьезно героев, с хмурыми лицами рассуждающих о биологическом оружии, террористах и мире во всем мире. Так и ждешь, что кто-то громко заявит: «А сейчас, дети, смотрим мультфильм!».

Знаете ли вы наизусть биографию персонажей или начали играть в Resident Evil только с четвертой части — не так важно. В шестом выпуске сериала вы непременно найдете развлечение по вкусу. Она берет изобилием и зрелищностью, но, увы, не вниманием к деталям. После выхода игры по тематическим форумам прокатится новая волна споров. Одни фанаты будут ругать шестую часть на чем свет стоит, а другие — яростно защищать, причем из-за тех же ее особенностей. Capcom от этого лишь выиграет: новую Resident Evil будут не только обсуждать, но и покупать. Для новичков она станет одним из самых крутых экшенов года. Другой вопрос, найдутся ли у вас деньги на еще один высокобюджетный боевик с укрытиями и голливудской постановкой, когда на горизонте маячит новая Call of Duty?

Источник: games.mail.ru